Я ничего не хочу... Я и так уже счастлив.

"Три встречи", И.С. Тургенев

- Осторожно, двери закрываются. Следующая станция - «Парк культуры».

Я быстро вошла в вагон и с удовольствием плюхнулась на свободное место. Привычным взглядом окинула пассажиров, сидящих напротив меня. Вдруг сердце знакомо вздрогнуло, и я невольно подалась вперед. Девушка в легком весеннем, оливкового цвета, пальто. Овальное красивое лицо, кожа изысканно светлая, до бледности. Прямой нос, большие лучистые глаза-каштаны, строгие губы. Все черты тонкие, изнеженные. Маленькая родинка у правого глаза. Волосы до плеч – темные, пышные, вьющиеся. Что-то греческое, неуловимо строгое, древнее.

Неужели Евангелина? Евангелина Катранис?

- Ева, - отчетливо произнесла я, и напряжение в глазах девушки, тоже всматривающейся в меня, сменилось блеском радости.

- Ирочка!

Мы вскочили со своих мест и обнялись.

- Я тебя сразу узнала, Ева. Ты ничуть не изменилась! – воскликнула я.

Мягкий голос объявил название станции. Ева встрепенулась.

- Торопишься? Я с тобой выйду: поговорим, - предложила я.

Мы с Евой сели тут же, в метро, на скамье. Я крепко сжимала ее тонкие руки в своих, и мы смотрели друг на друга с восторгом и счастьем.

- Ты в Москве теперь живешь или нет? – начала я, желая как можно скорее узнать о жизни своей бывшей одноклассницы.

- Да, в Москве.

- Давно приехала?

- Четыре года назад.

- Четыре года! И я ничего не знала, Ева! – почти ужаснулась я.

- Но ведь ты переехала. У меня не было твоего нового адреса, - с тихой улыбкой говорила Ева.

- Ну да. Просто как-то удивительно. Сколько бы еще так жили рядом и ничего не знали друг о друге? – я сжала Евины пальцы и неожиданно почувствовала, что мне в кожу врезается обручальное кольцо подруги.

- Ты замужем? – радостно удивилась я.

- Да.

- Поздравляю! Что творится! Тебе сейчас двадцать два, а мужу?

- Двадцать шесть.

- Как его зовут? Кем работает? Ну, говори же, Ева! – я почти дрожала от нетерпения.

- Дима. Он предприниматель. Сетевой маркетинг и все из той же сферы. У меня есть дочь Леночка.

- Поздравляю! Ева, милая, ну, ты оперативно работаешь! – рассмеялась я. – Сколько дочке?

- Три года.

- А во сколько ж ты замуж вышла?

- В 18. Я Диму давно знала. Когда мы с мамой вернулись из Греции, мне как раз исполнилось 18. Дима почти заставил меня выйти за него. Не хотел ждать.

- Ясно. Ева, ты учишься где-нибудь?

- Пока закончила первый курс филфака МГУ. Потом ушла в декретный отпуск.

- Ну, ты даешь! – восхищенно прошептала я.

Ева посмотрела на часы.

- Ирочка, голубка, мне надо ехать. В поликлинику за справкой. Врач ждать не будет.

- Конечно, конечно! – мы встали.

- А где ты учишься, Ира?

- В медицинском. Первый Мед. Безумно нравится.

- Молодец. Запиши мой адрес и телефон. Придешь в гости.

Мы с Евой наскоро попрощались, расцеловались.

- До встречи, Ирочка.

- Подожди, - я схватила ее за рукав. – Какая теперь у тебя фамилия?

- Лазовская.

Я шла по Ленинскому проспекту в 1-ю градскую больницу на практику и думала о Еве. Она училась в моем классе несколько лет. Русская по матери и гречанка по отцу. Это он назвал дочку красивым и нежным именем Евангелия (по-гречески), Евангелина (по-русски). А мы звали ее просто – Ева, по-дружески.

http://www.pravmir.ru/article_3321.html

О сильной материнской любви, и не понимании ближними.
Произвело сильное впечатление.